История села Лебедёвка

     Колонизация Пензенского края в XVII столетии прямо или косвенно носила правительственный характер. Государство строило укрепленные черты, населяя их русскими, мордвой, татарами. Раздавая поместья служилым людям и заботясь о том, чтобы земли не лежали «впусте», правительство составляло мероприятия, способствующие выселению на окраины помещичьих крестьян. Многие селения образовались в период проведения Пензенско-Мокшанской укрепленной линии между 1676-1685 г.г. Колонизация края с конца XVII и начала XVIII века происходила с участием дворянской аристократии.

    Деревню Лебедёвку основал в 1703 году подьячий Пензенской приказной избы Иван Кондратьевич Лебедев и заселил крестьянами из Симбирского уезда. Кстати, хозяин Лебедёвки прославил свое имя еще и строительством первого городского моста через реку Пензу, называвшегося долгое время Лебедёвским. На его месте сейчас выстроен железобетонный мост.

    Первоначально сельцо названо именем владельца — Ивановское, на Ардыме тож. Вот как повествует об этом в своих «Записках» мемуарист Ф.Ф.Вигель (1786-1856): «Род Лебедевых, от коих я происхожу по матери, в ней (Лебедёвке) однако же находится. Дед мой, Петр Иванович Лебедев, умер в 1752 году, оставив вдову, беременною моею матерью, и старшую восьмилетнюю дочь Елисавету. Он был тогда прапорщиком гвардии Измайловского полка, а службу начал простым рядовым… матери моей досталось от отца по наследству село Лебедёвка при речке Ардым в шести верстах от Пензы, ещё до ныне в нашем семействе сохранившееся. В кладбищенской полусгнившей деревянной церкви сказанного села находятся с надписями могилы Ивана Кондратьевича и Ивана Ивановича Лебедевых, прадеда и деда моей матери, над прахом коих по известным временам она служит панихиды. Так как Пенза сделалась городом только в 1666 году, при царе Алексее Михайловиче, то весьма вероятно, что Иван Кондратьевич был основателем и первым вотчинником имения, которое назвал своим фамильным именем…» В 1710 году в деревне Лебедёвке за «Иваном Ивановым, сыном Лебедевым» значилось деловых людей и крестьян 36.

     В 1713 году построена деревянная церковь Иоанна Дамаскина. В записной книге исходящих бумаг Синодального Казанского приказа говорится: «1713 года, декабрь, в 7 день, запечатан указ об освящении церкви по челобитью г.Пензы приказные избы подьячего Ивана Лебедева, велено в Пензенском уезде в поместье его сельце Ивановское, что на Ардыме, новостроенную церковь освятить г. Пензы Спасского Собора протопопу Ивану Дмитриеву…» В Большой Кубанский погром в 1717 году село Лебедёвка было подвергнуто нападению и уничтожено. Сожжена была и церковь Иоанна Дамаскина. В 1723 году она была отстроена вновь на прежнем месте.

     Со второй половины XVIII века владелицей села становится Мавра Петровна Лебедева замужестве Вигель), а также ее родственник Петр Иванович Трескин. В «Книге экономических примечаний Пензенского уезда» за это время есть запись: «Село Ивановское, Ардым тож, Мавры Петровны Вигель землею в бесспорном отводе. Число дворов 54. Мужских душ 164, женских душ 170…»

      После женитьбы пензенского губернатора Ф.Л.Вигеля в 1773 году на Мавре Петровне село уже до конца XIX века принадлежит Вигелям.

      До отмены в 1861 году крепостного права лебедёвские крестьяне занимались в основном земледелием. После освобождения от крепостной зависимости многие жители Лебедёвки работали в Пензе на железной дороге, писчебумажной фабрике Сергеева, чернорабочими на других предприятиях. Славилось село и своими кустарными промыслами, особенно ткачеством так называемой сарпинки или «лебедёвской» ткани, из которой шили платья, блузки, мужские косоворотки, красивые большие и малые скатерти. Крестьянки приносили ткань в больших коробах в город и продавали, разнося по кварталам. После 1910 года промысел был утерян.

      В 1812 году «тщанием» пензенского губернатора, хозяина села Филиппа Лаврентьевича Вигеля построена каменная церковь во имя Владимирской Божьей Матери. Престолов в церкви три. Основной — во имя иконы Владимирской Божьей Матери, в приделах: с правой стороны — во имя Святых Апостолов Петра и Павла, с левой — во имя Святителя и Чудотворца Николая. Деревянное завершение колокольни относится ко второй половине XIX века.

     Правда, сам Вигель не дожил до освящения храма. Он умер в январе 1812 года. А храм был освящен 26 августа 1812 года, в день чествования иконы Владимирской Божьей Матери. Вот что пишет об этом его сын, известный мемуарист Ф.Ф.Вигель:

     «Покойный отец мой, не столько из усердия к православию, как по известной читателю архитектурной его страсти, в продолжение пяти лет, исподволь, экономическим образом сооружал в приданом матери селе Лебедёвке каменную, небольшую, но хорошенькую церковь во имя Владимирской Божьей Матери, коей икона была её же родительским благословением. Строение церкви было окончено, и она внутри совсем почти была отделана, когда смерть его постигла. Лето прошло у нас в сборах; надобно было, наконец, подумать о её освящении, и для совершения того мать моя назначила двадцать шестое августа, день, в который празднуются чудеса сказанной иконы. Обряд сей, в селениях всегда радостный, весёлый, призывает к себе обыкновенно всех соседних помещиков и их крестьян и долго остается у них в памяти. Тут, к сожалению, ничего этого не было.» 

 ЕСТЬ В СЕЛЕ И СВОИ ГЕРОИ 

Василий Тимофеевич Рябов  (1871 – 1904г.г.)

(герой Русско-Японской войны 1904 – 1905 гг)

     В селе Лебедевка Пензенской области работает музей, полностью посвященный всего одному человеку — простому русскому крестьянину Василию Тимофеевичу Рябову. В начале 20-го века он служил в царской армии рядовым и погиб в японском плену. Героизм Рябова поразил даже неприятеля.

    В одежде китайского крестьянина, в парике с косичкой разведчик Рябов в тылу врага нарвался на его разъезд. На допросе стойко хранил военную тайну и, будучи приговорен к расстрелу, вел себя достойно. Всё свершилось строго по ритуалу. Стреляли из ружей с пятнадцати шагов…

  «Последними его словами были: „Умираю за Веру, Царя и Отечество“.

     Японцы были восхищены мужественным поведением русского и сочли своим долгом довести это до сведения его начальства. Записка японского офицера звучит как представление к награде: «Наша армия не может не высказать наших искренних пожеланий уважаемой армии, чтобы последняя воспитывала побольше таких истинно прекрасных, достойных полного уважения воинов».

   Записка попала в российские газеты, и фамилия Рябова прогремела на всю страну. Собственно, других фамилий из массы рядовых народных героев той войны в истории не осталось.

   Евгений Шкуров, председатель областного Совета ветеранов: «Синод Русской православной церкви разрешил единственному захороненному на полях Манчжурии воину перезахоронение на Родине за его подвиг».

   Поезд с останками солдата на всех станциях от Читы до Пензы встречали толпы людей с иконами и цветами. По всей стране собирали деньги на памятник (решили, что это будет новая школа в Лебедевке) и на помощь семье героя, где в нищете остались четверо малолетних детей.

   Денежные переводы поступали пять лет. Такое извещение было выслано из столицы: «Мы, Николай Второй, император и самодержец Всероссийский, царь Польский, великий князь Финляндский…» Обладатель этих титулов из своих личных средств пожертвовал тысячу рублей на школу и еще тысячу — семье солдата. Во многом благодаря этой помощи Рябовы сохранили свой род. Евгений Балаев, правнук героя говорил: «Я гордился и своим детям говорил: Вот и у нас в роду есть великий человек — простой солдат Василий Рябов».

 

Род дворян Вигелей

         Роду дворян Вигелей не грозит забвение: во-первых, на скрижали пензенской истории навечно занесено имя первого губернатора Филиппа Лаврентьевича Вигеля, во-вторых, никто из уроженцев Пензенского края не уделил в своем творчестве столь большого внимания своей малой родине, как чиновник и мемуарист Филипп Филиппович Вигель. Воспоминания последнего остаются одним из основных источников наших знаний о родословной Вигелей и Лебедевых. К мемуарам Ф. Ф. Вигеля 1891-1893 годов издания приложена родословная схема Вигелей и тесно связанных с ними Панчулидзевых Документальные источники о роде Вигелей представлены в фонде Пензенского дворянского собрания государственного архива Пензенской области.

О национальном происхождении Вигелей Филипп Филиппович пишет:

«Я долго почитал себя шведом. Увы, нет никакого сомнения: я финн или эст, или, попросту сказать чухонец!». Вигели происходят из Везенбергского округа Эстляндии, где Валдемар Вигелиус владел мызами Иллук и Куртна, заложенные им в 1765 г. на 50 лет. По истечении этого срока право распорядиться заложенной родовой собственностью выпала на долю Филиппа Филипповича. Он нашел простое решение этой проблемы: продал мызы за маловажную сумму.

Филипп Филиппович Вигель (1786-1856), литератор, мемуарист, тайный советник, сын пензенского губернатора Ф. Л. Вигеля

     Дед мемуариста Лаврентий Владимирович Вигель  (1689-1764) с ранних лет служил в армии шведского короля Карла ХII, участвовал во всех его походах против войск Дании, Польши, России. В 1708 г. в составе королевской армии он вошел в пределы России, но сопротивление русской армии изменило намерение Карла ХII, и он повернул свою армию на Украину. Год спустя под Полтавой шведская армия потерпела сокрушительное поражение, а Лаврентий Владимирович, будучи драбантским капитаном, попал в плен к русским. Его внук вспоминает, что дед не был сослан в Сибирь, потому что все выходцы из отзейских провинций были превращены в подданных России. Со слов Филиппа Филипповича мы узнаем, что Лаврентий Владимирович  «нового отечества не полюбил <…>, спрятался на мызе своей и долго вел уединенную мрачную и безбрачную жизнь». Его избранницей была Гертруда фон-Бриммер, которая родила ему 7 сыновей. Повзрослев, четверо старших из них участвовали в Семилетней войне, на полях сражений которой в конце 1750-х — начале1760-х гг. погибли Оттон, Фредерик и Валдемар, в живых остался самый старший Лаврентий. Он продолжал службу в прусской армии, был комендантом крепости Торуни и закончил жизнь генерал-майором. Младшие Иван, Яков и Филипп оказались в России.

В 1761-1762 гг. в России царствовал Карл-Петр-Ульрих Голштинский, которого императрица Елизавета объявила наследником русского престола, и он принял православие под именем Петра III Федоровича. Став императором, Петр III в 1762 г. вернул из 20-летней ссылки графа, генерал-фельдмаршала Бурхарда Кристофа Миниха, с именем которого связано создание Сухопутного шляхетского корпуса — привилегированного военно-учебного заведения закрытого типа. Ф. Ф. Вигель отмечает в своих мемуарах роль Миниха в создании корпуса:

«Его мыслию создано, его стараниями, попечениями устроено первое в России военное училище. Лучшие дворяне, самые вельможи, почитали милостью определение детей в Сухопутный шляхетный кадетский корпус».

Лаврентий Владимирович определил в этот  «корпус немецкого издания» Ивана, Якова и Филиппа,  «видя в них тайно будущих мстителей, будущих повелителей в ненавистной земле». Иван Лаврентьевич всю жизнь посвятил военной службе, которую закончил комендантом Орской крепости в чине генерал-майора. Яков Лаврентьевич  († 1802) также находился на военной службе, но потом перешел на гражданскую — был судьей в Санкт-Петербургском надворном суде, где занимал мелкие должности. У Лаврентия Владимировича была еще дочь Софья, родившаяся около 1720 г. Ее сын Федор Иванович Сандерс  (01.01.1755 — 01.01.1836) доводился двоюродным братом мемуаристу, участвовал в русско-турецких войнах 1768-1774 и 1787-1791 гг., трижды участвовал в штурме Измаила, в чине генерал-майора в 1814 г. оказался под Парижем. Отдав военной службе 44 года, он вышел в отставку генерал-лейтенантом. Храбрый генерал был награжден золотой шпагой с надписью  «За храбрость», орденами Св. Анны 1-й ст., Св. Владимира 3-й ст. 

 Филипп Лаврентьевич Вигель  (12.06.1740 — январь 1812) в 1750-х гг. воспитывался в Кадетском корпусе, где по словам его сына  «образовались почти все государственные люди, прославившие царствование Екатерины II». Учебе в кадетском корпусе он был обязан прежде всего тем, что

«точность его ума более всего делала его способным к математическим наукам, и он примерно в них успевал, но в то же время чрезвычайно любил художества и музыку. В особенности же имел он страсть к архитектуре: для соседей, для приятелей, даже иногда для просто знакомых он чертил планы домов, церквей, заводов и потом, при производстве работ помогал им советами, как дешевле и прочнее возводить строения».

Возможно, Филипп Лаврентьевич оказал какое-то влияние на строительство церквей в Лебедевке и Симбухове, выборе архитектурного стиля и декорирования их интерьеров, а также планировки и возведения собственной усадьбы в Симбухове.

   Филипп Филиппович не без горечи отмечает, что его отец  «не был набожен и всегда избегал не только споров, но и разговоров об религии», так как принадлежал к лютеранской вере. Но во время тяжелой болезни, когда Филипп Лаврентьевич попал в беспамятство, его жена пригласила священника, который по ее просьбе совершил над ним святое миропомазание.  «Таким образом, поступил он в недра греко-российской церкви».

     В последний год царствования Елизаветы Петровны в 1761 г. Ф. Л. Вигель получил чин прапорщика. Петр III уравнял кадетских офицеров с гвардейскими и произвел Филиппа Лаврентьевича в подпоручики, поручики и капитан-поручики.

     Около 35 лет прослужил Ф. Л. Вигель при Екатерине II. В 1764 г. в чине премьер-майора он был определен на службу в генеральный штаб. В связи с заселением немецкими колонистами земель саратовского Поволжья генерал-фельдцейхмейстер, генерал-аншеф Григорий Григорьевич Орлов поручил Вигелю осуществлять контроль за межеванием земель и размещением на них колонистов. Из Саратова Филипп Лаврентьевич часто приезжал в Пензу, где подружился с воеводой Андреем Алексеевичем Всеволожским. Созданный Ф. Ф. Вигелем образ Пензы того времени просто уникален:

«Пенза состояла тогда из десятка не весьма больших деревянных господских хором и нескольких сотен обывательских домиков, из коих многие были крыты соломой и имели плетневые заборы. Соборная каменная церковь, которая величиною едва ли превосходила многие сельские храмы, с тех пор построенные и несколько каменных и деревянных небольших приходских церквей служили единственным ей украшением».

В Пензе Филипп Лаврентьевич состоял в дружбе с последним пензенским воеводой Ефимом Петровичем Чемесовым, который

«отличался честностью, прямодушием, веселонравием, незлобием и необычно здравым смыслом; но по формам своим, по выражениям, по приемам, по самому произношению слов казался даже и тогда запоздалым, казался выходцем из времен допетровских» 

В число ближнего пензенского окружения Ф. Л. Вигеля входил и Богдан Ильич Огарев,

«человек с умом приятным и основательными твердыми и благородными правилами и, в тогдашнее время, с большими сведениями по части агрономической: сими одними средствами умел он умножать и без того довольно хорошее состояние» 

В период службы Ф. Л. Вигеля в Саратове он получил чин полковника с назначением командира батальона егерского корпуса направлен на Кубань сражаться с горцами. В середине 1770-х гг. Филипп Лаврентьевич переводится в Польшу, где батальон был дислоцирован сначала в Люблино, затем в Варшаве. В 1777 г. по случаю рождения Александра Павловича Ф. Л. Вигель пожалован чином полковника Нарвского карабинерного полка сверх штата, что дало ему возможность вернуться в пензенское поместье.

«Недолго, однако же, мог он подышать свободой и заняться хозяйством: ему скоро дали Алексопольский пехотный полк, который был расположен на берегах Днепра, во вновь занятых тогда степях Новороссийского края».

Интерес к строительному делу сблизил его здесь с инженер-генерал-поручиком Иваном Абрамовичем Ганнибалом — двоюродным дедом А. С. Пушкина. Филипп Филиппович с гордостью отмечал знакомство отца с русскими полководцами Петром Александровичем Румянцевым-Задунайским, Александром Васильевичем Суворовым, Григорием Александровичем Потемкиным, по представлению которого Филипп Лаврентьевич получил чин бригадира. В 1787 г. Ф. Л. Вигель был назначен обер-комендантом Киева. В 1796 г. в память о своем отце Петре IIIПавел I наградил Филиппа Лаврентьевича только что учрежденным Анненским крестом, к которому полагалась красная лента с желтой каймой, носившаяся через левое плечо. Как пишет Филипп Филиппович, в первые месяцы царствования Павла I эта награда почиталась лестной.

Ф. Л. Вигель пользовался особенным благорасположением сына полководца Николая Петровича Румянцева, состоявшего директором водных коммуникаций, а затем министром иностранных дел; канцлера российских императорских и царских орденов князя Александра Борисовича Куракина, посещавшего родовое гнездо Вигелей в Симбухове; генерал-прокурора Александра Андреевича Беклешова. При их содействии Филипп Лаврентьевич 5 сентября 1801 г. был произведен в тайные советники и назначен губернатором только что восстановленной Пензенской губернии. Указ о восстановлении Пензенской губернии Александр I подписал 9 сентября 1801 г. При восстановлении губернии Верхнеломовский, Троицкий и Шешкеевский уезды были упразднены, в составе губернии остались 10 уездов: Городищенский, Инсарский, Керенский, Краснослободский, Мокшанский, Наровчатский, Нижнеломовский,

 Пензенский, Саранский и Чембарский. Пензенская губерния занимала территорию в 33,4 тыс. кв. км. (против нынешних 43,3), а население составляло 353, 3 тыс. человек, из которых свыше 10 тыс. проживали в губернском городе.

Губернаторский дом на одноименной улице в Пензе. Гравюра 1860-х гг. с рисунка Веркмейстера

Ф. Л. Вигелю пришлось открывать начало того пути, по которому в течение 116 лет шли его последователи. Он заново сформировал губернские и уездные органы управления, отремонтировал корпуса присутственных мест, а для собственной резиденции купил у действительного статского советника Аполлона Никифоровича Колокольцова усадьбу на Верхней  (Соборной) площади. Губернаторство Ф.Л.Вигеля вызвало оживление просветительской и культурной жизни в крае. Он поддерживал домашние театры пензенских помещиков, при нем местные дворяне пожертвовали 90 тыс. руб. на открытие училища для неимущих дворянских детей, в 1804 г. главное народное училище было преобразовано в гимназию и создана типография губернского правления.

30 марта 1809 г. Филипп Лаврентьевич вышел в отставку и поселился в своем поместье в Симбухове Пензенского уезда. Ф. Л. Вигель был женат дважды.

Первой его избранницей была дочь кирасирского майора Андрея Петровича Симбухина Пелагея Андреевна  (ок. 1753 — ок. 1770), которая скончалась вместе с новорожденным сыном Андреем и была похоронена в церкви Успения Божией Матери, построенной в 1768 г. Филиппом Лаврентьевичем.

Вторым браком Филипп Лаврентьевич был женат на Мавре Петровне Лебедевой  (1752-1830), происходившей из рода, вызывавшего особую гордость мемуариста своей старинностью и внесением в бархатную книгу. Первый из Лебедевых Федор Матвеевич  († до 1734) происходил из шляхетства. Он жил в Новгородском уезде и  «от убожества»ушел в Москву, а оттуда — в Арзамас, где был священником при церкви. Его сын Кондратий Федорович  († 1701) состоял протопопом церкви Всемилостивого Спаса в Пензе. Его сын Иван Кондратьевич  (1671 — ок.1740) служил подьячим (канцеляристом) в Пензенской приказной избе и в 1703 г. был испомещен на землю в Пензенском уезде по речке Ардыму. В 1722 г. И. К. Лебедев по указу камер-коллегии определен в Пензенскую канцелярию, где прослужил до 1728 г. В июле 1729 г. был назначен товарищем пензенского воеводы полковника Никиты Андреевича Оболдуева, а в 1732 г. сменил его. Он основал свою вотчину Лебедевку, где построил храм, в Пензе возвел Казанскую церковь и Лебедевский мост через реку Пенза, а на Песках сохранилась Лебедевская улица.

Иван Кондратьевич был женат на Анне Петровне Мартыновой — дочери пензенского рейтара Петра Ивановича Мартынова. Их сын Иван Иванович Лебедев  (1694 —?) служил в Пензенской провинции канцеляристом, затем — в Казани по надсмотру за корабельными лесами, занимался в татарских и мурзинских деревнях Пензенского уезда набором людей для заготовки леса. В начале 1730-х гг. был на штатном дворе комиссаром по шляхетскому выбору, имел придворный чин камергера. В начале ХVIII в. он переселил деловых людей из Симбирского уезда в свое родовое поместье Лебедевку. Первый деревянный храм во имя Владимирской иконы Божией Матери достраивал и поправлял прапорщик гвардейского Измайловского полка Петр Иванович Лебедев  († 1752). Ф. Ф. Вигель пишет:

«В кладбищенской, полусгнившей деревянной церкви сказанного села находятся могилы Ивана Кондратьевича и Ивана Ивановича Лебедевых, прадеда и деда моей матери, над прахом коих по известным временам она служила панихиды» .

Дочь Петра Ивановича Лебедева — Мавра Петровна  (1752-1830) вышла замуж за Филиппа Лаврентьевича Вигеля, и Лебедевка перешла в собственность этой фамилии. В 1812 г. Ф. Л. Вигель построил здесь новый каменный храм во имя Владимирской иконы Божией Матери, освящение его провел епископ Пензенский и Саратовский Афанасий уже после смерти его создателя в августе 1812 г. — в день начала Бородинского сражения.

Сестра Мавры Петровны Елизавета Петровна  (1744-1820) была замужем за служившим в Н. Ломове надворным советником Сергеем Семеновичем Тухачевским  (1745-1800), который приходился пращуром Маршалу Советского Союза М. Н. Тухачевскому. Сергей Семенович в свою очередь был потомком стольника Гавриила Яковлевича Тухачевского, служившего в 1677-1679 гг. в Пустозерском остроге, в 1682 г. — в Кевре и на Мезени, в 1697-1699 гг. — воеводой в Пензе. В 1700 г. он и его сын Яков выменяли у Лебедевых поместье на Ольшанке, которое получило название  «Воскресенское, Тухачевщина тож». Двоюродный брат мемуариста Николай Сергеевич Тухачевский  (1768-1828) в 1799-1804 гг. состоял Нерхетским уездным предводителем дворянства Костромской губернии, а в 1821-1827 гг. занимал высокие посты Архангельского и Тульского губернаторов.

Внучка Ивана Кондратьевича и Анны Петровны Лебедевых Дарья Михайловна Новикова урожденная Мартынова  (1757-1831) в 1797 г. посвятила себя монашеству под именем Дорофеи сначала в Пензенском Троицком монастыре, а с 1802 г. — в Нижегородском Крестовоздвиженском, став его настоятельницей.

     У Филиппа Лаврентьевича Вигеля было 8 детей. Андрей от брака с Пелагеей Андреевной Симбухиной умер через неделю после рождения.

    Елизавета Филипповна  (20.06.1772-24.12.1867) прожила 95 лет, замуж не выходила, была дружна с пензенским губернатором М. М. Сперанским, отличалась высокой набожностью. Ежедневно в старинной отцовской карете, запряженной в шесть лошадей цугом, с лакеями в ливреях и треугольных шляпах, ездила в храм Божий, где прикладывалась к иконам. Тем, к которым она не могла дотянуться, посылала воздушные поцелуи.

    Наталья Филипповна  (1775 —?) в 23-летнем возрасте вышла замуж за офицера Преображенского полка Илью Ивановича Алексеева  (18.07.1770 — 03.10.1830). Он был участником многих военных действий, в том числе Отечественной войны 1812 г., награжден орденом Св. Георгия 3-й ст., вышел в отставку генерал-лейтенантом.

Александр Филиппович родился в 1776 г., но умер в молодости.

     Павел Филиппович  (1777-1838) военную службу начал в конце ХVIII в., но в 1802 г. по болезни вышел в отставку, затем вновь был записан в армию. В 1812 г. произведен в майоры Курляндского драгунского полка, в начале 1813 г. назначен комендантом Праги  (предместье Варшавы), затем участвовал в ряде сражений и был награжден Аннинской (на эфесе шпаги был привинчен орден Св. Анны 3-й ст.) и золотой шпагой с надписью  «За храбрость», Владимирским крестом с бантом, французским орденом Почетного легиона. В 1820 г. Павел Филиппович вышел в отставку в чине полковника и с мундиром, а 18 февраля 1823 г. он венчался во Владимирской церкви Лебедевки с дочерью последнего пензенского воеводы Ефима Петровича Чемесова — Марфой Ефимовной. У них было четверо детей: Наталья  (родилась 19 января 1824 г. в Пензе), Софья  (родилась в Пензе 8 мая 1825 г.), Анна  (родилась 2 сентября 1826 г. в Симбухове), Константин  (родился 21 мая 1828 г. в Пензе).

    Наталья Павловна состояла в браке с братом пензенского губернатора Александра Алексеевича Панчулидзева поручиком Алексеем Алексеевичем Панчулидзевым  (1816-1880), который, как и Павел Филиппович, избирался Пензенским уездным предводителем дворянства.

    Анна Павловна вышла замуж за поручика Уланского полка Бориса Александровича Полторацкого  (13.04.1826-16.11.1868), который приходился двоюродным племянником Анне Петровне Керн, воспетой А. С. Пушкиным в стихотворении  «Я помню чудное мгновенье». Их дочь Надежда Борисовна вышла замуж за Сергея Алексеевича Панчулидзева  (1855 — после 1917), состоявшего впоследствии управляющим архивом Государственного совета, членом Русского исторического общества и Московского археологического института. Он навечно вошел в анналы российской истории, издав многотомный труд  «Сборник биографий кавалергардов». Таким образом, браки внучек пензенского губернатора соединили Вигелей с Полторац-кими и Панчулидзевыми. В склепе Успенской церкви с.Симбухово похоронены Филипп Лаврентьевич с двумя женами и сыном Андреем, Анна Павловна, ее муж Борис Александрович и его брат Павел Александ-рович Полторацкие.

    Летом 2004 г., очищая Успенскую церковь от накопившегося годами мусора, было обнаружено место захоронения пензенского губернатора. Дальнейшие раскопки проходили под непосредственным руководством настоятеля церквей в Большой Валяевке и Соловцовке протоиерея Алексея Спирина, которые выявили останки всех здесь погребенных.

Церковь Успения Пресятой Богородицы в с. Симбухово Пензенского уезда — имении Вигелей, построен- ная в 1768 г., где был похоронен Ф. Л. Вигель. Фото А. Дворжанского

Четвертый сын губернатора Николай Филиппович Вигель  (1778-1808) служил в Малороссийском кирасирском полку, который квартировал в Воронеже. Здесь в 1804 г. он женился на дочери капитана, владельца суконной фабрики Ивана Ивановича Тулинова — Варваре Ивановне  (†1808). После смерти отца и бабушки свою долю в Пензенских владениях Вигелей унаследовал внук губернатора Филипп Николаевич  (2.03.1805 — 6.02.1877), известный широтой своего благотворительства: в Воронеже он построил родильный дом, поддерживал местный театр. Военную службу Филипп Николаевич начал в 1821 г. в лейб-гвардии Драгунском полку, в 1827 г. уволился по домашним обстоятельствам. Он был женат на дочери орловского помещика гвардии корнета Александра Яковлевича Охотникова — Анне Александровне. Их сын Александр Филиппович  (10.02.1831 — 29.10.1875) родился в орловском поместье Дубовик, умер в Пензе бездетным и завершил род Вигелей. Высочайшим указом от 3 декабря 1880 г. сыну Натальи Павловны Панчулидзевой урожденной Вигель Павлу Алексеевичу Панчулидзеву разрешено присоединить к своей фамилии фамилию Вигель, пользоваться родовым гербом Вигелей и именоваться впредь  «Вигель-Панчулидзев» с условием, чтобы таким именованием пользовался один из старших в потомстве Павла Алексеевича.

Записки Филиппа Филипповича Вигеля. Пятый сын губернатора Филипп Филиппович  (12.11.1786 — 20.03.1856) — чиновник, тайный советник, получил известность своими  «Записками». Пять поколений рода Вигелей создавали историческое полотно, которое охватывает свыше 300 лет и включает в себя ратные и мирные события различных эпох и территорий. Ближе всего представители этого рода пензенской земле, где сохранились основанные им поселения и построенные храмы. Пензенская земля оказалась для некоторых из них местом вечного упокоения, потревоженного, к сожалению, безнравственным временем и людьми, порожденными этим временем. Наш гражданский долг — восстановить прежде всего память о всех поколениях и представителях рода Вигелей, возродить построенные ими церкви и часовни, достойно отметить места их захоронения.